Обзор судебной практики Экономического Суда СНГ по делам о толковании соглашений, заключенных в рамках Содружества Независимых Государств, актов органов СНГ на предмет их соответствия нормам и принципам права международных договоров

Одним из направлений деятельности Экономического Суда Содружества Независимых Государств (далее − Экономический Суд, Суд) наряду с судопроизводством является аналитическая работа, состоящая в том числе в подготовке обзоров правоприменительной практики Экономического Суда.

Целью настоящего Обзора является обобщение и системное изложение выводов Экономического Суда, содержащихся в судебных актах, принятых по делам о толковании соглашений, заключенных в рамках Содружества Независимых Государств (далее − СНГ, Содружество), актов органов СНГ по вопросу их соответствия нормам и принципам права международных договоров.

Актуальность обращения к судебной практике по рассматриваемой категории дел обусловлена особой значимостью такой сферы международно-правового регулирования, как право международных договоров, что вполне объяснимо: разработка и заключение соглашений, как известно, представляет собой одну из самых распространенных форм правового сотрудничества государств − участников Содружества. Более того, право международных договоров занимает центральное место среди других отраслей международного права по причине того, что именно договор является его основным источником.

В результате рассмотрения Экономическим Судом указанной категории дел был разъяснен смысл положений ряда международно-правовых актов, в том числе принятых в рамках СНГ, устранена правовая неопределенность, обусловленная неоднозначным пониманием в государствах правовых норм, проанализирована соответствующая правоприменительная практика государств − участников Содружества, выявлена общая направленность правового регулирования межгосударственных договорных отношений в рамках СНГ, сформирована целостная картина правопонимания в соответствующей области. Так, во многом благодаря толковательной деятельности Экономического Суда стало очевидным, что формулирование государствами оговорок к международным договорам, заключенным
в рамках СНГ, требует надлежащей правовой регламентации, опирающейся на нормы Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 года (далее − Венская конвенция от 23 мая 1969 года).

Принятые Судом по итогам рассмотрения дел названной категории акты способствовали совершенствованию правовой базы Содружества, восполнению имеющихся в ней пробелов, укреплению межгосударственных отношений в рамках СНГ, обеспечили единообразное применение международных договоров и иных актов Содружества, оказали влияние на формирование и развитие национального законодательства, регламентирующего порядок заключения, вступления в силу, соблюдения, применения, а также изменения международных договоров.

С соответствующими запросами в Экономический Суд обращались различные институты Содружества (Межгосударственный экономический Комитет Экономического союза, Исполнительный Секретариат СНГ, Исполнительный комитет СНГ), а также высшие органы, разрешающие в государствах экономические споры (Арбитраж Республики Молдова).

Применительно к рассматриваемой категории дел предметом толкования стали нормы, закрепленные в ряде международных договоров, заключенных в рамках СНГ, а также актов, принятых органами Содружества. В их числе:

Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 года;

Соглашение между Правительством Республики Молдова и Правительством Республики Беларусь о свободной торговле от 16 июня 1993 года;

Соглашение о сотрудничестве в области распространения знаний и образования взрослых от 17 января 1997 года;

Соглашение об обеспечении жилыми помещениями военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей в государствах − участниках Содружества Независимых Государств от 28 марта 1997 года;

Решение Совета глав государств СНГ от 19 января 1996 года
о продлении срока действия Решения государств − участников Содружества Независимых Государств о мерах по стабилизации обстановки на участке Государственной границы Республики Таджикистан с Афганистаном от 22 января 1993 года;

Решение Совета глав правительств СНГ о порядке подготовки и обучения военного и гражданского персонала государств − участников Содружества Независимых Государств, выделяемого в состав Коллективных сил по поддержанию мира, от 18 октября 1996 года;

Решение правительств государств − участников Соглашения о создании Межгосударственной телерадиокомпании от 9 октября 1992 года о неотложных мерах по развитию Межгосударственной телерадиокомпании «Мир» от 17 января 1997 года;

Решение Совета глав правительств СНГ о проекте Концепции экономического интеграционного развития Содружества Независимых Государств от 27 марта 1997 года;

Решение Совета глав правительств СНГ о механизме реализации Концепции экономического интеграционного развития Содружества Независимых Государств от 9 октября 1997 года;

Методические рекомендации по разработке проектов международно-правовых документов Содружества Независимых Государств, утвержденные Решением Совета министров иностранных дел СНГ от 18 сентября 2003 года.

Наряду с вышеуказанными актами предметом анализа со стороны Экономического Суда при рассмотрении дел о толковании соглашений, заключенных в рамках Содружества, актов органов СНГ по вопросу их соответствия нормам и принципам права международных договоров являлись и иные международно-правовые документы Содружества Независимых Государств как договорного, так и внедоговорного происхождения.

При рассмотрении Судом данной категории дел основное внимание было уделено выявлению принципов международного права, применяемых в отношении договоров (решение от 25 марта 1996 года № 11/95/C−1/4−96), анализу института оговорок к международным соглашениям (консультативное заключение от 15 мая 1996 года № 06/95/C−1/1−96, решение от 22 июня 1998 года № 01−1/1−98), исследованию общих вопросов договорной правоспособности и института поправок к международным соглашениям (консультативное заключение от 9 ноября 2007 года № 01−1/3−07), а также порядка вступления в силу, ратификации и присоединения к международным договорам (решение от 10 сентября 1996 года № С−1/13−96).

В результате рассмотрения Экономическим Судом дел о толковании соглашений, заключенных в рамках Содружества, актов органов СНГ на предмет их соответствия нормам и принципам права международных договоров был выявлен ряд «проблемных зон» в правовой системе Содружества и правоприменительной практике его государств-участников, а также сформулированы рекомендации Суда по устранению недостатков правового регулирования

1. Принципы международного права, применяемые
в отношении договоров

В ноябре 1995 года в Экономический Суд обратился Арбитраж Республики Молдова с запросом о толковании применения положений Соглашения между Правительством Республики Молдова и Правительством Республики Беларусь о свободной торговле от 16 июня 1993 года в связи с взиманием Республикой Беларусь таможенных пошлин, не предусмотренных указанным Соглашением.

Основанием для запроса послужило возобновление взимания Республикой Беларусь пошлин с товаров, экспортируемых в Республику Молдова, в соответствии с Постановлением Кабинета Министров Республики Беларусь от 28 августа 1995 года № 472. Последнее было принято в целях реализации заключенного между Правительством Республики Беларусь и Правительством Российской Федерации Соглашения о Таможенном союзе между Республикой Беларусь и Российской Федерацией от 6 января 1995 года, предусматривающего, в частности, установление общих таможенных тарифов в отношении третьих стран.

В решении по данному делу (решение от 25 марта 1996 года № 11/95/C−1/4−96) Экономический Суд обратил внимание на один из фундаментальных принципов права договоров − «договоры должны соблюдаться», получивший закрепление в таких основополагающих международно-правовых документах, как Устав Организации Объединенных Наций от 26 июня 1945 года, Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций, от 24 октября 1970 года, Венская конвенция от 23 мая 1969 года, Устав Содружества Независимых Государств от 22 января 1993 года и др.

По мнению Суда, следование данному принципу предполагает неукоснительное выполнение государствами своих договорных обязательств независимо от внутренних и внешних факторов; исключение практики заключения государствами договоров с третьими странами в противоречие со своими обязательствами по действующим договорам; недопущение произвольного одностороннего прекращения и изменения международных договоров, кроме строго определенных случаев и лишь при соблюдении установленных процедур; невозможность для государства ссылаться на положения своего внутреннего права в обоснование невыполнения договора.

Как отметил Экономический Суд, в Венской конвенции от 23 мая 1969 года содержится исчерпывающий перечень оснований, позволяющих участнику договора требовать его прекращения (статьи 60, 61, 62, 64). В свою очередь, внесение в договор изменений может быть осуществлено при соблюдении определенных условий, основным из которых является то, что договор может быть изменен лишь по соглашению между его участниками.

Выводы, к которым пришел Суд, основываются также на положении «договор не создает обязательств для третьего государства без его на то согласия», получившем закрепление в статье 34 Венской конвенции от 23 мая 1969 года. Более того, как указано в статье 35 названной Конвенции, обязательство для третьего государства возникает из положения договора лишь тогда, когда третье государство определенно принимает на себя в письменной форме это обязательство.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что Соглашение между Правительством Республики Молдова и Правительством Республики Беларусь о свободной торговле от 16 июня 1993 года является международным договором, в отношении которого действуют упомянутые выше принципы, Экономический Суд пришел к выводу, что данное Соглашение должно выполняться в полном объеме, независимо от того, что акт национального законодательства Республики Беларусь содержит противоречащую ему норму. Суд констатировал, что возложенное на Республику Молдова косвенным путем обязательство уплаты таможенных пошлин за экспортируемые из Республики Беларусь товары, от которого она освобождена в соответствии с названным Соглашением, при отсутствии ее письменного согласия не имеет юридической силы.

2. Институт оговорок к международным договорам

Институт оговорок к международным договорам оказался востребованным в практике стран Содружества. Уже к первым соглашениям, подписанным государствами − участниками СНГ, а именно к Соглашению Совета глав государств − участников Содружества Независимых Государств о Вооруженных Силах и Пограничных войсках от 30 декабря 1991 года, а также к Соглашению между государствами − участниками Содружества Независимых Государств по Стратегическим силам от 30 декабря 1991 года, были заявлены оговорки. В дальнейшем практика формулирования оговорок к международным договорам, заключаемым странами Содружества, актам органов СНГ стала широко распространенной.

В октябре 1995 года в Экономический Суд поступил запрос Межгосударственного экономического Комитета Экономического союза, в котором заявитель просил дать правовое заключение о соответствии некоторых соглашений, принятых в рамках Содружества, к которым были сделаны оговорки, положениям Венской конвенции от 23 мая 1969 года.

В консультативном заключении от 15 мая 1996 года № 06/95/C−1/1−96, принятом по итогам рассмотрения данного дела, Экономический Суд, проанализировав более семи десятков международно-правовых документов, принятых в рамках Содружества в 1991 − 1995 годах, к которым государствами были сделаны оговорки, классифицировал последние по объекту ввиду имеющегося многообразия.

В результате проведенного анализа и руководствуясь пунктом 2 статьи 23 Венской конвенции от 23 мая 1969 года, предусматривающим, что оговорка, сделанная при подписании договора, подлежащего ратификации, должна быть официально подтверждена сделавшим оговорку государством при выражении им согласия на обязательность для него этого договора, Суд признал недействующими оговорки к целому ряду актов (более полутора десятков) в силу отсутствия со стороны государств, сделавших оговорки, документа о ратификации, требуемого по условиям данных актов.

Наряду с этим Экономическим Судом были выявлены некоторые отступления от материальных и процессуальных норм Венской конвенции от 23 мая 1969 года относительно оговорок. Первые из упомянутых нарушений проявляются в том, что оговорка:

заявляется, несмотря на имеющийся в договоре запрет делать оговорки;

формулируется как требование об изменении, дополнении или исключении статей, обращенное ко всем участникам договора, т. е. представляет собой поправку;

относится ко всему договору, являясь условием его подписания со стороны государства, заявляющего оговорку;

несовместима с объектом и целями договора;

нарушает общепризнанные принципы и нормы международного права.

Несоблюдение процессуальных норм Венской конвенции от 23 мая 1969 года, обнаруженное Судом, в основном касалось формы заявления оговорок либо заключалось в том, что оговорки сформулированы неразборчиво и трудны для прочтения.

Проведенный Экономическим Судом анализ соответствующих международно-правовых документов также показал, что для договорной практики государств − участников СНГ характерно практически полное отсутствие возражений против оговорок других государств, в т.ч. против оговорок, противоречащих объекту и целям заключаемых соглашений. Суд обратил внимание, что большинство государств Содружества при подписании международных договоров не оценивали сделанные другими странами оговорки на предмет их совместимости с объектом и целями соглашений, что препятствовало эффективной реализации достигнутых договоренностей, создавало определенные трудности в исполнении соглашений, оказывало негативное влияние на укрепление межгосударственного сотрудничества в той или иной области.

По итогам рассмотрения данного дела Экономический Суд счел целесообразным дать рекомендации, касающиеся практики формулирования оговорок и возражений против них, а также разъяснить юридические последствия названных действий. Суд, в частности, указал, что оговорки могут быть сделаны как государством − участником договора, так и присоединяющимся государством при подписании, ратификации и утверждении договора.

Оговорка, сделанная государством при подписании договора, в случае вступления его в силу с момента подписания должна быть оформлена как отдельный официальный документ, прилагаемый к договору.

Экономический Суд обратил внимание, что оговорка, сделанная при подписании договора, должна быть отражена в ратификационной грамоте государства или в протоколе об обмене или сдаче на хранение ратификационных грамот, либо в обоих указанных документах, если по условиям договора или согласно внутригосударственной процедуре договор подлежит ратификации. В противном случае оговорка считается незаявленной.

Суд также отметил, что оговорка может формулироваться государством лишь относительно таких статей договора, которые не являются существенными для его содержания, не должна нарушать целостности договора и препятствовать его выполнению другими участниками.

Акцентировав внимание на особой роли депозитария международного договора, Экономический Суд подчеркнул, что депозитарий, рассылая копии договора с оговорками государствам-участникам, должен информировать их о праве заявлять возражения против оговорок. Если депозитарий считает, что оговорки, сделанные государством-участником или присоединяющимся государством, несовместимы с объектом и целями договора или не допускаются договором, он должен сообщить о неправомерности оговорок государству-заявителю. Всех других участников договора депозитарий информирует, что они не только могут возразить против оговорки, но и заявить о прекращении действия договора между собой и государством, сделавшим оговорку.

Если договор, к которому сделана оговорка, является закрытым, то депозитарий, рассылая копии участникам договора, должен информировать их о необходимости признания такой оговорки всеми участниками договора в течение года. В случае отсутствия заявлений о признании или возражении против оговорки в течение указанного срока депозитарий признает такую оговорку принятой государствами-участниками путем молчаливого согласия.

В марте 1998 года Экономическим Судом был принят к рассмотрению запрос Исполнительного Секретариата СНГ о толковании ряда соглашений, заключенных в рамках Содружества, а также решений Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ на предмет определения их объектов и целей и совместимости с ними оговорок, сформулированных государствами при подписании указанных документов.

В решении по данному делу (решение от 22 июня 1998 года № 01−1/1−98) Экономический Суд разъяснил, кто и каким образом может определить, что сформулированные государствами оговорки несовместимы с объектом и целями документа, и какова дальнейшая судьба таких оговорок.

Согласно статье 19 Венской конвенции от 23 мая 1969 года государство не может формулировать оговорку, несовместимую с объектом и целями договора, т. е. затрагивающую его существо. Вместе с тем Суд обратил внимание, что эта Конвенция не определяет юридических последствий таких оговорок, регламентируя лишь принятие правомерных (допускаемых договором) оговорок и возражения против них (статья 20), а также юридические последствия таких оговорок и возражений против них (статья 21).

По мнению Экономического Суда, поскольку в соответствии со статьей 19 Венской конвенции от 23 мая 1969 года государство не вправе формулировать оговорку, несовместимую с объектом и целями договора, именно государства − участники соглашения должны определить последствия такой оговорки в целях устранения несовместимости.

Суд также отметил, что при формулировании государствами оговорок депозитарий, следуя возложенным на него функциям, и в соответствии со статьей 23 Венской конвенции от 23 мая 1969 года доводит до сведения государств − участников договора его текст с оговорками, сформулированными при его подписании или подтверждении обязательности для него соглашения. При этом депозитарий вправе обратить внимание государств на оговорки, несовместимые с объектом и целями договора. Окончательное решение по этому вопросу принимают государства − участники соглашения, которые определяют и последствия таких оговорок исходя из возможности прекращения действия договора с государством, сделавшим оговорку, отзыва оговорки государством, сформулировавшим ее, или внесения в нее изменений.

В результате проведенного анализа ряд оговорок, сформулированных государствами − участниками СНГ к положениям Соглашения о сотрудничестве в области распространения знаний и образования взрослых от 17 января 1997 года, а также Соглашения об обеспечении жилыми помещениями военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей в государствах − участниках Содружества Независимых Государств от 28 марта 1997 года, были признаны Экономическим Судом несовместимыми с объектами и целями указанных международных договоров.

Кроме того, ряд заявлений, содержащих общие ссылки на национальное законодательство, сформулированных некоторыми государствами Содружества при подписании Решения правительств государств − участников Соглашения о создании Межгосударственной телерадиокомпании от 9 октября 1992 года о неотложных мерах по развитию Межгосударственной телерадиокомпании «Мир» от 17 января 1997 года, Решения Совета глав правительств СНГ о проекте Концепции экономического интеграционного развития Содружества Независимых Государств от 27 марта 1997 года, Решения Совета глав правительств СНГ о механизме реализации Концепции экономического интеграционного развития Содружества Независимых Государств от 9 октября 1997 года, по мнению Суда, оговорками не являются.

В решении по данному делу Экономический Суд также указал, что и государства − участники соглашений, и депозитарий могут обратиться в Экономический Суд с запросом о толковании соглашений на предмет определения их целей и объектов и совместимости с ними сформулированных оговорок. При этом юридические последствия оговорок, несовместимых с целями и объектами соглашений, определяются государствами-участниками при принятии ими либо самостоятельного решения о несовместимости оговорок с целями и объектами соглашений, либо на основе соответствующего решения Экономического Суда.

Суд обратил внимание на целесообразность доработки правовой базы принятия таких документов Содружества, как решения, а также рекомендовал государствам − участникам СНГ при формулировании оговорок руководствоваться принятым им ранее консультативным заключением от 15 мая 1996 года № 06/95/C−1/1−96.

3. Общие вопросы договорной правоспособности и институт поправок к международным договорам

В консультативном заключении от 9 ноября 2007 года № 01−1/3−07 Экономический Суд по запросу Исполнительного комитета СНГ осуществил толкование Методических рекомендаций по разработке проектов международно-правовых документов Содружества Независимых Государств, утвержденных Решением Совета министров иностранных дел СНГ от 18 сентября 2003 года (далее − Методические рекомендации), в части, касающейся международных договоров. Основной акцент при этом был сделан на общих вопросах договорной правоспособности, а также на порядке внесения в международные соглашения изменений и дополнений.

Судом, в частности, было установлено, что в Методических рекомендациях отсутствуют критерии, позволяющие определить круг субъектов, уполномоченных заключать международные договоры. В связи с этим, опираясь на положения Венской конвенции от 23 мая 1969 года, им был выдвинут тезис о том, что именно государство приобретает все права и обязанности, возникающие из международного договора, и несет ответственность за неисполнение принятых по договору обязательств.

Экономический Суд обратил внимание, что государство как субъект международного права реализует свою правосубъектность через органы и должностные лица, совершающие юридически значимые действия и создающие международные права и обязанности от имени и для государства. Однако названные органы и должностные лица, выступая от имени государства при заключении международных договоров, сами по себе не обладают самостоятельной договорной правоспособностью, не могут являться стороной международных соглашений.

Суд констатировал, что в договорной практике термины «участник», «сторона», «субъект» применительно к международному договору рассматриваются в качестве синонимов, за исключением случаев, когда стороной договора выступают одновременно несколько государств. С учетом этого, по мнению Экономического Суда, используемая в абзаце втором пункта 6.3 Методических рекомендаций формулировка для обозначения сторон международного договора хотя в целом и соответствует положениям Венской конвенции от 23 мая 1969 года и сложившейся практике, тем не менее не учитывает случаев, когда стороной соглашения являются одновременно несколько государств.

В дополнение к упомянутым выше аспектам Суд отметил следующее. Практика договорного сотрудничества в рамках СНГ, а также других государств показывает, что в ряде международных соглашений сторонами выступают правительства, министерства и ведомства. В то же время законодательство о международных договорах всех государств − участников Содружества, предусматривая возможность заключения соглашений от имени правительств, министерств и ведомств, рассматривает такие соглашения, как заключенные государством. Принимая это во внимание, Экономический Суд пришел к выводу, что указание в международных договорах правительства, министерства, ведомства в качестве стороны не соответствует содержанию подпункта «g» пункта 1 статьи 2, а также статьи 7 Венской конвенции от 23 мая 1969 года.

Проведенный Судом анализ соответствующих положений Методических рекомендаций показал, что данный документ содержит термин «изменение и дополнение» и не использует термины «поправка», «пересмотр» применительно к международным договорам. Тем не менее, по мнению Экономического Суда, с учетом широкого применения института поправок к соглашениям в практике государств Содружества, а также принимая во внимание норму статьи 39 Венской конвенции от 23 мая 1969 года, положения Методических рекомендаций об изменении международно-правовых документов СНГ следует рассматривать как регулирующие внесение в них поправок.

Суд отметил, что поправка представляет собой любое изменение международного договора независимо от количества и значимости изменяемых положений, за исключением изменения многостороннего соглашения во взаимоотношениях между отдельными его участниками, а также исправления арифметических, орфографических, грамматических и других ошибок, обнаруженных в тексте договора.

В свою очередь, термин «пересмотр», отсутствующий в Венской конвенции от 23 мая 1969 года, часто применяется в договорной практике государств Содружества для обозначения общего изменения международного соглашения в целом, которое может повлечь изменение цели и объекта договора. В связи с этим Суд констатировал, что пересмотр является частным случаем внесения поправок в международный договор.

Значительное внимание в консультативном заключении от 9 ноября 2007 года № 01−1/3−07 было уделено процедуре внесения поправок к многосторонним соглашениям, в т.ч. направленным на изменение текста договора между всеми его участниками. Суд, в частности, указал, что внесение поправок осуществляется путем принятия отдельного международного договора с любым наименованием («соглашение о внесении поправок», «протокол о внесении поправок» и т. п.) и что данная процедура определяется самим международным соглашением.

Экономический Суд отметил, что внесение поправок в международные договоры не может осуществляться посредством принятия решений органами международной организации, поскольку такие решения в силу правовой природы международных организаций имеют рекомендательный характер. Исключение могут составлять случаи принятия протокола о поправках на заседаниях высших органов международных организаций, а также предоставление согласно международному договору органам, специально созданным для наблюдения за его исполнением, права принимать поправки административного или технического характера, не затрагивающие объект и цели соглашения.

Давая разъяснения по данному делу, Экономический Суд исходил из того, что протокол о поправках рассматривается Венской конвенцией от 23 мая 1969 года как самостоятельный международный договор и что на него распространяются соответствующие правила, касающиеся процедуры заявления оговорок, вступления в силу в порядке, предусмотренном для международных соглашений. Вместе с тем Суд обратил внимание, что изменяемый договор и протокол о поправках к нему − взаимосвязанные международно-правовые документы, соотношение которых может определяться в любом из них.

По мнению Экономического Суда, вступление в силу протокола
о поправках создает новую редакцию международного соглашения, но, как правило, не влечет его прекращения в отношениях между государствами − участниками протокола о поправках. Тем не менее эти государства могут договориться, что со вступлением в силу протокола о поправках изменяемый договор прекращает свое действие в отношениях между участниками протокола, отдельные его положения не подлежат применению либо прекращают действие.

Руководствуясь вышеизложенным, а также с учетом положений Венской конвенции от 23 мая 1969 года Экономический Суд констатировал, что стороной международного договора независимо от его вида всегда является государство, которое приобретает права и обязанности по договору и несет ответственность в случае его нарушения. Орган, уполномоченный государством на заключение международного соглашения, не обладает международной договорной правоспособностью и не является стороной такого соглашения.

Суд также отметил, что поправка к международному договору означает изменение как отдельных его положений, так и международного договора в целом (пересмотр договора) между государствами-участниками, выразившими согласие на изменение. При этом поправки в международное соглашение вносятся посредством заключения международного договора в виде протокола о поправках либо в иной форме.

Помимо указанных выводов Экономический Суд рекомендовал экспертам государств − участников СНГ, а также органам Содружества в процессе разработки проектов международных договоров использовать соответствующие формулировки и термины при определении субъектного состава участников договора, для обозначения поправок, вносимых в текст международного соглашения (с учетом их характера), а также при определении правовых последствий принятия протокола о поправках для его участников.

4. Порядок вступления в силу, ратификация и присоединение
к международным договорам

В июне 1996 года в Экономический Суд обратился Исполнительный Секретариат СНГ с запросом о толковании статей 83 и 86 Конвенции
о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 года (далее − Конвенция от 22 января 1993 года) относительно порядка вступления ее в силу для Азербайджанской Республики и Грузии, а также необходимости сдачи на хранение ратификационных грамот названных государств после получения согласия на их присоединение от государств − участников упомянутой Конвенции.

В решении по данному делу (решение от 10 сентября 1996 года № С−1/13−96) Экономический Суд указал, что исходя из содержания пункта первого статьи 83 Конвенции от 22 января 1993 года, предусмотревшего ее ратификацию лишь государствами, подписавшими Конвенцию, оба вышеупомянутых государства в силу их неучастия в процедуре подписания Конвенции не могут использовать ратификацию в качестве способа выражения согласия на обязательность для них указанного международного договора.

Суд обратил внимание, что различные способы выражения согласия государств на обязательность для них договора (подписание договора, обмен документами, образующими договор, ратификация договора, его принятие, утверждение, присоединение к договору) имеют одинаковую юридическую силу и влекут одинаковые юридические последствия. В связи с этим Экономический Суд пришел к заключению, что ноты Министерства иностранных дел Азербайджанской Республики и Министерства иностранных дел Грузии о присоединении к Конвенции от 22 января 1993 года следует рассматривать в качестве международно-правовых актов, подтверждающих согласие этих государств на обязательность для них данного международного договора.

Суд также указал, что момент вступления в силу Конвенции от 22 января 1993 года для государств, пожелавших присоединиться к ней, определен статьей 86 данного международного договора и исчисляется 30 днями со дня получения депозитарием сообщения о своем согласии на присоединение к ней от последнего из государств − участников Конвенции.

Retro jordans for sale, Cheap foamposites, jordan retro 5, cheap jordans for sale, foamposites For Sale, jordan retro 12, jordan retro 11, Cheap jordans for sale, jordans for cheap, jordan retro 11 legend blue, retro 12 jordans, cheap soccer jerseys, Canada Goose sale, cheap jordans, cheap jordan 12